چون رایت عشق آن جهان‌گیرشد چون مه لیلی آسمان‌گیر

هر روز خنیده‌نام‌تر گشتدر شیفتگی تمام‌تر گشت

هر شیفتگی کز آن نورد استزنجیر‌بُر صداع مرد است

برداشته دل ز کار او بختدرمانده پدر به کار او سخت

می‌کرد نیایش از سر سوزتا زآن شب تیره بردمد روز

حاجت‌گاهی نرفته نگذاشتالا که برفت و دست برداشت

خویشان همه در نیاز با اوهر یک شده چاره‌ساز با او

بیچارگی ورا چو دیدنددر چاره‌گری زبان کشیدند

گفتند به اتفاق یک سرکز کعبه گشاده گردد این در

حاجتگه جملهٔ جهان اوستمحراب زمین و آسمان اوست

پذرفت که موسم حج آیدترتیب کند چنانکه باید

چون موسم حج رسید برخاستاشتر طلبید و محمل آراست

فرزند عزیز را به صد جهدبنشاند چو ماه در یکی مهد

آمد سوی کعبه سینه پرجوشچون کعبه نهاد حلقه بر گوش

گوهر به میان زر برآمیختچون ریگ بر اهل ریگ می‌ریخت

شد در رهش از بسی خزانهآن خانهٔ گنج، گنج‌خانه

آن دم که جمال کعبه دریافتدر یافتن مراد بشتافت

بگرفت به رفق‌، دست فرزنددر سایهٔ کعبه داشت یک‌چند

گفت ای پسر این نه جای بازی استبشتاب که جای چاره‌سازی است

در حلقهٔ کعبه‌، حلقه کن دستکز حلقهٔ غم بدو توان رست

گو یارب از این گزاف‌کاریتوفیق دِهم به رستگاری

رحمت کن و در پناهم آورزین شیفتگی به راهم آور

دریاب که مبتلای عشقمو آزاد کن از بلای عشقم

مجنون چو حدیث عشق بشنیداول بگریست پس بخندید

از جای چو مار حلقه برجستدر حلقهٔ زلف کعبه زد دست

می‌گفت گرفته حلقه در برکه‌امروز منم چو حلقه بر در

در حلقهٔ عشق جان فروشمبی‌حلقهٔ او مباد گوشم

گویند ز عشق کن جداییاین نیست طریق آشنایی

من قوت ز عشق می‌پذیرمگر میرد عشق‌، من بمیرم

پروردهٔ عشق شد سرشتمجز عشق مباد سرنوشتم

آن دل که بود ز عشق خالیسیلاب غمش براد حالی

یارب به خدایی خدایی‌توآنگه به کمال پادشا‌یی‌ت

کز عشق به غایتی رسانمکو ماند اگر چه من نمانم

از چشمهٔ عشق ده مرا نوروین سرمه مکن ز چشم من دور

گرچه ز شراب عشق مستمعاشق‌تر ازین کنم که هستم

گویند که خو ز عشق واکنلیلی‌طلبی ز دل رها کن

یارب تو مرا به روی لیلیهر لحظه بده زیاده میلی

از عمر من آنچه هست بر جایبستان و به عمر لیلی افزای

گرچه شده‌ام چو مویش از غمیک موی نخواهم از سرش کم

از حلقهٔ او به گوشمالیگوش ادبم مباد خالی

بی‌بادهٔ او مباد جاممبی‌سکهٔ او مباد نامم

جانم فدی جمال بادشگر خون خورَدم حلال بادش

گرچه ز غمش چو شمع سوزمهم بی غم او مباد روزم

عشقی که چنین به جای خود بادچندانکه بود یکی به صد باد

می‌داشت پدر به سوی او گوشکاین قصه شنید گشت خاموش

دانست که دل اسیر دارددردی نه دوا‌پذیر دارد

چون رفت به خانه سوی خویشانگفت آنچه شنید پیش ایشان

کاین سلسله‌ای که بند بشکستچون حلقهٔ کعبه دید در دست

زو زمزمه‌ای شنید گوشمکه‌آورد چو زمزمی به جوشم

گفتم مگر آن صحیفه خواندکز محنت لیلی‌ش رهاند

او خود همه کام و رای او گفتنفرین خود و دعای او گفت

چون گشت به عالم این سخن فاشافتاد ورق به دست اوباش

کز غایت عشق دلستانیشد شیفته نازنین جوانی

هر نیک و بدی کزاو شنیدنددر نیک و بدی زبان کشیدند

لیلی ز گزاف یاوه‌گویاندر خانهٔ غم نشست مویان

شخصی دو ز خِیل آن جمیلهگفتند به شاه آن قبیله

که‌آشفته‌جوانی از فلان دشتبدنام کنِ دیار ما گشت

آید همه روز سرگشادهجوقی چو سگ از پی اوفتاده

در حِلّهٔ ما ز راه افسوسگه رقص کند گهی زمین بوس

هر‌دم غزلی دگر کند سازهم خوش غزل است و هم خوش آواز

او گوید و خلق یاد گیرندما را و تو را به باد گیرند

در هر غزلی که می‌سرایدصد پرده‌دری همی‌نماید

لیلی ز نفیر او به داغ استکاین باد هلاک آن چراغ است

بنمای به قهر گوشمال‌شتا باز رهد مه از وبال‌ش

چون آگه گشت شحنه زین حالدزد آبله پای و شحنه قتال

شمشیر کشید و داد تابَشگفتا که بدین دهم جوابش

از عامریان یکی خبر داشتاین قصه به حی خویش برداشت

با سید عامری در آن بابگفت آفت نارسیده دریاب

کآن شحنهٔ جان‌ستان خونریزآبی تند است و آتشی تیز

ترسم مجنون خبر نداردآنگه دارد که سر ندارد

زآن چاه گشاده سر که پیش استدریافتن‌ش به جای خویش است

سرگشته پدر ز مهربانیبرجست به شفقتی که دانی

فرمود به دوستان همزادتا بر پی او روند چون باد

آن سوخته را به دل‌نواز‌یآرند ز راه چاره‌ساز‌ی

هرسو به طلب شتافتندشجستند ولی نیافتندش

گفتند مگر که‌اجل رسیدشیا چنگ درنده‌ای دریدش

هر دوستی از قبیله گاهیمی‌خورد دریغ و می‌زد آهی

گریان همه اهل خانهٔ اواز گم شدن نشانهٔ او

وآن گوشه‌نشین گوش سفتهچون گنج به گوشه‌ای نهفته

از مشغله‌های جوش بر جوشهم گوشه گرفته بود و هم گوش

در طرف چنان شکار‌گاهیخرسند شده به گرد راهی

گرگی که به زور شیر باشدروبه به ازو‌، چو سیر باشد

بازی که نشد به خورد محتاجرغبت نکند به هیچ دراج

خشگار‌، گرسنه را کلیچ استبا سیر‌ی‌، نان میده هیچ است

چون طبع به اشتها شود گرمگاورس درشت را کند نرم

حلوا که طعام نوش بهر استدر هیضه‌ خوری، به جای زهر است

مجنون که ز نوش بود بی‌بهرمی‌خورد نواله‌های چون زهر

می‌داد ز راه بینوا‌ییکالای کساد را روایی

نه نه غم او نه آنچنان بودکز غایت او غمی توان بود

کآن غم که بدو برات می‌داداز بند خودش نجات می‌داد

در جستن گنج رنج می‌بردبی‌آن که رهی به گنج می‌برد

شخصی ز قبیله بنی‌سعدبگذشت بر او چو طالع سعد

دیدش به کنارهٔ سرابیافتاده خراب در خرابی

چون لنگر بیت خویشتن لنگمعنی‌ش فراخ و قافیت تنگ

یعنی که کسی ندارم از پسبی‌قافیت است مرد بی کس

چون طالع خویشتن کمان گیردر سجده کمان و در وفا تیر

یعنی که وبالش آن نشان داشتکه‌آمیزش تیر در کمان داشت

جز ناله، کسی نداشت همدمجز سایه کسی نیافت محرم

مرد گذرنده چون در او دیدشکلی و شمایلی نکو دید

پرسید سخن ز هر شماریجز خامشیش ندید کاری

چون از سخنش امید برداشتبگذشت و ورا به جای بگذاشت

زآنجا به دیار او گذر کردزو اهل قبیله را خبر کرد

کاینک به فلان خرابی تنگمی‌پیچد همچو مار بر سنگ

دیوانه و دردمند و رنجورچون دیو ز چشم آدمی دور

از خوردن زخم سفته جانشپیدا شده مغز استخوانش

بیچاره پدر چو زو خبر یافتروی از وطن و قبیله برتافت

می‌گشت چو دیو گرد هر غاردیوانهٔ خویش را طلب‌کار

دیدش به رفاق گوشه‌ای تنگافتاده و سر نهاده بر سنگ

با خود غزلی همی سگالیدگه نوحه نمود و گاه نالید

خوناب جگر ز دیده ریزانچون بخت خود اوفتان و خیزان

از بادهٔ بی‌خودی چنان مستکاگه نه که در جهان کسی هست

چون دید پدر، سلام دادشپس دلخوشی‌ای تمام دادش

مجنون چو صلابت پدر دیددر پای پدر چو سایه غلتید

کی تاج سر و سریر جانمعذرم بپذیر ناتوانم

می‌بین و مپرس حالتم رامی‌کن به قضا حوالتم را

چون خواهم چون؟ که در چنین روزچشم تو ببیندم بدین روز

از آمدن تو روسیاهمعذرت به کدام روی خواهم

دانی که حساب کار چون استسررشته ز دست ما برون است

Когда любви неутоленной стягЛуною воссиял на небесах,

Того, чья страсть столь светлою была,Сопровождала общая хула.

«Безумец!» — к этой стыдной кличке онКак каторжник к цепям приговорен.

Судьба благая отвернулась зло, —Старание родных не помогло.

Отец молился только об одном —Чтоб мрак ночной сменился ясным днем.

Чтоб исцеленье даровал господь,И разум смог недуг преобороть,

В сопровожденье горестных родныхОн побывал во всех местах святых.

Но все напрасно. Родственный советРешил, что средства от болезни нет.

Как дальше поступить? — Беда не ждет,Одна Кааба юношу спасет.

О, если б излечить она смогла б,Земли и неба выспренний михраб!

И, как велит обычай мусульман,Готовить к хаджу стали караван.

И сквозь пустыню, в край святой земли,Верблюды нагруженные пошли.

В украшенный удобный паланкинРодителем, как месяц, спрятан сын.

А сам отец с измученным лицом,Как пленный раб, отмеченный кольцом,

Пред нищими все злато, что берег,Сынам песков рассыпал, как песок.

И тот богатый край, как говорят,Дар получив, богаче стал в сто крат.

Истерзан непосильной маетой,Отец в Каабе припадал святой.

В Каабу, как дитя, он сына ввел,Чтоб дух святой к больному снизошел.

«Здесь, милый сын, не место для утех,А исцеленье от злосчастий всех.

Молись, кольцо Каабы сжав в руках,Чтобы кольцо беды разъял аллах.

Скажи: «Господь, твоя безмерна власть,Спаси больного, отврати напасть.

Длань надо мной прощенья протяни,На путь повиновения верни.

В плену любовном я страшусь любви,Избавь меня от тяжких уз любви!»

Отец сказал «любовь», и, вздрогнув вдруг,Меджнун, очнувшись, поглядел вокруг.

Воспрянув, как змея, чей прерван сон,Вскочил с земли и распрямился он.

И зарыдал, потом захохотал,Кольцо Каабы в цепких пальцах сжал.

И произнес: «Отец мой, посмотри,Похож я ныне на кольцо в двери:

Я раб любви, любовь в моей крови,Отдам я душу за кольцо любви.

Мне говорят: «Чтоб в счастье пребывать,Забудь любовь, спеши ее предать».

В одной любви источник сил моих,Умрет любовь — и я погибну вмиг.

Любовь мое пронзила естество,Служить ей — назначение его.

Сердца, где не нашла любовь приют,Пусть не стучат и от тоски умрут.

О повелитель сущего, аллах,Я умоляю, распростертый в прах:

В твоей я власти, дух мой умертви,Но только не лишай меня любви!

Уму, молю, прозренья силу дай,Сурьму с ресниц моих не вытирай.

Я пьян любовью до скончанья дней,О, опьяняй меня еще сильней.

Суровый окрик слышу я: «Внемли,Освободись, убей любовь к Лейли!»

О господи, мученья мне продли,Но разреши увидеть лик Лейли.

Жизнь отними, судьбу мою не дли.Пусть бесконечной будет жизнь Лейли.

Стал от любви я тоньше волоска,Да удалится от Лейли тоска.

Истерзан я, горька моя судьба,До смерти мне носить кольцо раба.

Вином, Лейли, налей мне чашу всклянь,Ее чеканом имя отчекань.

Стать жертвой красоты ее дозволь,Прости ей, боже, кровь мою и боль.

Пусть я свечой истаю восковой,Не утешай меня, тоску удвой.

Пока живу, пускай из года в годЛюбовь всепобеждающе растет!»

Отец внимал в отчаянье немомИ обреченно думал об одном:

«Напрасно все, беда сомкнула круг,Неизлечим мучительный недуг».

Домой к родным он возвратился вспять,Чтоб об моленье сына рассказать:

«Увидел я безумия лицо,Когда Каабы стиснул он кольцо.

Услыша вопль, я волю дал слезам,И волноваться начал, как Замзам.

Я уповал — слова святых молитвОт мук избавят, разум просветив,

Пути безумья сына вдаль влекли,Себя он клял, молился за Лейли!»

А кривотолки между тем ползли,Став достояньем племени Лейли.

«Мол, некий отрок, смилуйся, аллах!Лишась рассудка, жизнь влачит в песках.

Свой разум потерял он неспроста,Повинна в том девичья красота».

О всем хорошем и о всем дурномБолтали люди праздным языком.

От этих слухов, полных клеветы,Лейли в тисках душевной маеты.

Злословьем род Лейли не пощажен:Ее родитель был оповещен:

«Знай, некто, чей рассудок омрачен,Позорит род, достойный испокон.

Простоволосый, обрядясь шутом,Сей пес бродячий твой бесчестит дом.

То вдруг запляшет, то стенает он,То землю лобызает, исступлен.

Преследуя безнравственную цель,Слагает за газелями газель.

Позора ветер вдаль стихи несет,Их с восхищеньем слушает народ.

Безумцем рода честь посрамлена,Доколе унижаться нам, шихна?

Лейли свечою тает восковой,Ее погасит натиск ветровой.

От суесловий бедная больна —Ущербною становится луна!»

Разгневанный шихна потряс мечом:«Сталь станет и судьей, и палачом!»

На лезвие зловеще вспыхнул свет.Воскликнул вождь: «Меч скажет мой ответ!»

И эти речи, полные угроз,Отцу Меджнуна вскорости донес,

Проведавший об этом амирит:«Беда нам неминучая грозит.

Шихна и кровожаден, и жесток,Как пламя, жгуч, неистов, как поток.

Меджнун еще не ведает пока,Сколь для него опасность велика.

Пока не поздно, мы предупредимО бездне, что разверзлась перед ним».

Шейх растерялся и в испуге он,Оповестил родных в округе он,

Чтоб рыскали везде, как вихрь степной,Злосчастного найдя, любой ценой

Иль улестить, иль грозно припугнуть,Но в дом родной немедленно вернуть!

Все обыскали из конца в конец,Но тщетно все — исчез в песках беглец!

Неужто он погиб, как быть теперь?Его порвал, должно быть, хищный зверь!

И каждый друг, слезами полня взгляд,Тревогой и волненьем был объят.

Пустыня поглотила все следы,Нет для родных ужаснее беды.

А тот несчастный, с раненым умом,Блуждал в песках, отчаяньем влеком.

От суеты и дел мирских далек,Забрел в скитаньях в дальний уголок.

В охотничьих угодьях, как слепой,Не дичь, а пыль он видел пред собой.

Лиса, коль благодушна и сыта,Не тронет куропатки никогда.

Пусть сокол жаждой крови обуян,Но если сыт, то будет цел фазан.

Сухой лаваш — вся пища бедняка,Богатый не живет без шашлыка.

Недаром мудрость древняя гласит:«Захочешь есть — чумизой будешь сыт!»

И справедливы лекарей слова:«Что при холере — смертный яд халва!»

Любые яства — для Меджнуна ядИ как полынь они во рту горчат.

Он, в немощи ничем не дорожа,Не отличал динара от гроша.

О нет, хоть велика была печаль,Она светла, и нам его не жаль.

Печаль, заполоняя естество,Позволила не помнить ничего.

Он клад искал, но отыскать не мог,Доступных нет к сокровищу дорог.

Ведомый путеводною звездой,Однажды странник шел пустыней той.

Из племени он был Бану-Саад,Вдруг средь песков его приметил взгляд:

Ручей струится в мареве песка,И человек простерт у родника.

Как краткий бейт, он столь же одинок,Где стихотворец рифмой смысл облек.

Как лук, согнутый чьей-то волей злой,Где верность долгу сходна со стрелой.

Казалось, Он не нужен никому, —Тень заменяла круг друзей ему.

Заметил путник, в изумленье встав,Что юноша красив и величав.

О том о сем он начал свой расспрос,Мёджнун ответных слов не произнес.

Отчаявшись услышать что-нибудь,Продолжил человек свой дальний путь.

И к амиритам поспешая, онО виденном поведал, удручен.

Что, мол, Меджнуна, люди, видел я,Свернулся он на камне, как змея.

Больной, безумный, жалкий вид явив,Он корчится в припадке, словно див.

Так плоть свою сумел он извести,Что исхудал бедняга до кости.

Отец несчастный, услыхавший весть,Покинул быстро дом и все, что есть.

Сам, словно див, блуждая среди скал,Меджнуна бесноватого искал.

Взывал к нему в отчаянье отецИ увидал безумца наконец.

Приникнув к камню, сын, живой едва,Газелей нараспев твердил слова.

А из глазниц, вдоль исхудалых щек,Струился вниз кровавых слез лоток.

В самозабвенье, умоисступлен,На первый взгляд казался пьяным он.

Его узрев, собрав остатки сил,Отец мягкосердечно возгласил:

«Мой милый сын, очнись, сынок, садад!»Мёджнун, как тень, приник к его стопам.

«Престол моей души, главы венец,Беспомощность мою прости, отец.

Не вопрошай, молю, и не учи,А воле провидения вручи.

Я не хотел, свидетель в том аллах,Такую боль читать в твоих глазах.

Но ты пришел, как светлый дух возник,Мне черный стыд огнем сжигает лик.

Ты знаешь все! Простить меня нельзя,Судьбой мне предначертана стезя!»

Əsl mətnGanjoor (yeni pəncərədə açılır)

TərcüməçiТ. Стрешнева, 1986azeribooks.narod.ru (yeni pəncərədə açılır)

QeydПеревод Т. Стрешневой, по изданию: Низами Гянджеви. Собрание сочинений в пяти томах. М.: Художественная литература, 1986 (в сокращённом виде: Баку, Азернешр, 1989). Главы, которых нет в этом издании, не переведены; текст набран по электронной публикации.

Tərcümə təklif edin

← → düymələri ilə keçid, R — təsadüfi şeir

Təsadüfi şeir

Müəllifin digər əsərləri

Başqa şairlərin şeirləri