چون سپر انداختن آفتابگشت زمین را سپر افکن بر آب

Солнце бросило щит, и щитом черной тени земляПала на воду неба, прохладу ночную суля.

گشت جهان از نفسش تنگ‌تروز سپر او سپرک رنگ‌تر

Сердце мира стеснилось. Светило так тяжко дышало.Ниспаданье щита все вокруг с желтым цветом смешало.

با سپر افکندن او لشگرشتیغ کشیدند به قصد سرش

И спеша войско солнца — его золотые лучи —Над его головою свои обнажило мечи.

گاو که خرمهره بدو در کشندچونکه بیفتد همه خنجر کشند

Если падает бык, хоть он был ожерельем украшен,Все клинки обнажают. Ведь он уже больше не страшен.

طفل شب آهیخت چو در دایه دستزنگلهٔ روز فراپاش بست

Месяц — нежный младенец — за ночь ухватился, а таПогремушку мерцаний пред ним подняла неспроста:

از پی سودای شب اندیشه‌ناکساخته معجون مفرح ز خاک

Ей самой был тревожен сгустившийся мрак, и для мираНе жалела она серебро своего эликсира.

خاک شده بادِ مسیحای اوآب زده آتشِ سودای او

И дыханьем Исы стал простор благовонный, земной;Светлой влагой он залил пылание страсти ночной.

شربت و رنجور به هم ساختهخانه سودا شده پرداخته

И смягчились настоем страдания мира больного,И о сумраке страстном он больше не молвил ни слова.

ریخته رنجور یکی طاس خونگشته ز سر تا قدم انقاس گون

Сколько крови он пролил! О, сколько ее он хранил!Он простерся на ложе, и стал он чернее чернил.

رنگ درونی شده بیرون نشینگفته قضا «کان من الکافرین»

И сказала судьба, все окинувши взором проворным:«Мир с неверными схож, потому-то и сделался черным!»

هر نفسی از سر طنازی‌ییبازیِ شب ساخته شب‌بازی‌یی

И мгновение каждое эта ночная пораЛицедейство творила, и кукол мелькала игра.

گه قصبِ ماه گل‌آمیز کردگاه دفِ زهره درم‌ریز کرد

И луна то белела, то в розах подобилась чуду,И Зухры яркий бубен дирхемы разбрасывал всюду.

من به چنین شب که چراغی نداشتبلبل آن روضه که باغی نداشت

Я в полуночной мгле, что была распростерта кругом,Был в саду соловьем. Но мечтал я о саде другом.

خونِ جگر با سخن آمیختمآتش از آب جگر انگیختم

С кровью сердца сливал я звучание каждого слова;Жар души раздувал я под сенью полночного крова.

با سخنم چون سخنی چند رفتبی کسم اندیشه درین پند رفت

И, прислушавшись к слову, свою я оценивал речь,И смогли мои мысли меня к этой книге привлечь.

هاتف خلوت به من آواز دادوام چنان کن که توان باز داد

И услышал я голос: «Ты с мыслями спорить не смеешь,То возьми ты взаймы, что отдать ты бесспорно сумеешь.

آب درین آتش پاکت چراست؟باد جنیبت‌کشِ خاکت چراست؟

Почему на огонь льешь ты воду приманчивых дней,И запасный твой конь — буйный ветер мгновенных страстей?

خاکِ تب‌آرنده به تابوت بخشآتشِ تابنده به یاقوت بخش

Буйный прах позабудь, будто в мире узнал он кончину.Но огонь ты отдай огневому, благому рубину.

تیر میفکن که هدف رای تستمِقرعه کم زن که فَرَس پای تست

Быстрых стрел не мечи, ведь сужденье разумное — цель.Плеть свою придержи. Неужель бить себя, неужель?

غافل از این بیش نشاید نشستبر درِ دل ریز، گر آبیت هست

Но настала пора. Оставаться нельзя неправдивым.К двери солнца приди водоносом с живительным дивом.

در خم این خم که کبودی خوش‌ استقصه دل گو که سرودی خوش است

Пусть твой синий кувшин наши взоры утешит сполна;Пусть он повесть хранит, и да будет отрадна она!

دور شو از راهزنان حواسراه تو دل داند دل را شناس

От пяти своих чувств, от злодеев своих убегая,Путь у сердца узнай; иль не знать ему нужного края?»

عرش‌روانی که ز تن رسته‌اندشهپر جبریل به دل بسته‌اند

Тем, чье чистое племя к девятому небу пришло,Гавриила пресветлого дивное веет крыло.

وانکه عنان از دو جهان تافته‌ستقوت ز دیواره دل یافته‌ست

От обоих миров отвратить поспешивший поводья,Встретив нищенство сердца, благие увидит угодья.

دل اگر این مُهره آب و گل استخر هم از اقبال ِتو صاحبدل است

«Сердце — глина с водой». Если б истина в этом была,Ты бы сердце такое у каждого встретил осла.

زنده به جان خود همه حیوان بوَدزنده به دل باش که عمر آن بود

Дышит все, что живет, что овеяно солнечным светом.Будь же сердцем горяч; бытие твое только лишь в этом.

دیده و گوش از غرض افزونی‌اندکارگرِ پردهٔ بیرونی‌اند

Что есть уши и очи? Излишек природы они.Слышат шорох завес, видят синие своды они.

پنبه درآکنده چو گُل گوش تونرگس‌ِ چشم آبلهٔ هوش تو

Правды — ухо не слышит, как розы тугой сердцевина,Очи разум смущают, они — заблуждений причина.

نرگس و گل را چه پرستی به باغ؟ای ز تو هم نرگس و هم گل به داغ

Что же розы с нарциссами чтишь ты в саду бытия?Пусть каленым железом сжигает их воля твоя.

دیده که آیینه‌ی هر ناکس استآتش او آب جوانی بس است

Словно зеркало — глаз: отразится в нем каждый ничтожный.Он лишь в юности тешится мира отрадою ложной.

طبع که با عقل به دلالگی‌ستمنتظر نقد چهل سالگی‌ست

Знай: природа, что миру твой сватает разум, — должнаСорок лет ожидать. Денег раньше не сыщет она.

تا به چهل سال که بالغ شودخرج سفرهاش مبالغ شود

Все же за сорок лет, чтобы стать пред желанным порогом,Много денег она разбросает по многим дорогам.

یار کنون بایدت افسون مخواندرس چهل سالگی اکنون مخوان

Ныне друга зови. Заклинанья иные забудь.Сорок лет подойдет, и тогда лишь всезнающим будь.

دست برآور ز میان چاره جویاین غم دل را دل غمخواره جوی

Руки сердца простри и гляди с ожиданием в дали.Пусть разделит печаль тот, кто будет опорой в печали.

غم مخور البته که غمخوار هستگردن غم بشکن اگر یار هست

Не грусти! Вот и друг; он твою разделяет печаль.Грусти шею сверни. Вместе с другом к отрадам причаль.

بی نفسی را که زبون غم استیاری یاران مددی محکم است

Распростертый в печали, подобной томленью недуга,Помощь добрую сыщешь ты в помощи доброго друга.

چون نفسی گرم شود با دو کسنیست شود صد غم از آن یک نفس

Если дружат друзья так, что будто бы дышат одним,Сто печалей, умчась, никогда не воротятся к ним.

صبح نخستین چو نفس برزندصبح دوم بانگ بر اختر زند

Только первое утро забрезжит мерцающим светом,Крикнет утро второе и звезды погасит при этом.

پیشترین صبح به خواری رسدگرنه پسین صبح به یاری رسد

Знаем, первое утро не будет предшествовать дню,Если дружба второго его не поможет огню.

از تو نیاید به توی هیچ کاریار طلب کن که برآید ز یار

Коль один ты не справишься с трудностью трудного дела,Тотчас друга зови, чтобы дружба о нем порадела.

گرچه همه مملکتی خوار نیستیار طلب کن که به از یار نیست

Хоть не каждый наш город богат, как блистательный Хар, —Каждый найденный друг — небесами ниспосланный дар.

هست ز یاری همه را ناگزیرخاصه ز یاری که بود دستگیر

Нужен каждому друг; с ним пойдешь ты в любую дорогу.Лучший друг — это друг, что приходит к тебе на подмогу.

این دو سه یاری که تو داری ترندخشک‌تر از حلقه در بر درند

Два-три чувства твои не премудры; они не друзья;Их кольцом ты стучишь только в дверь своего бытия.

دست درآویز به فتراک دلآب تو باشد که شوی خاک دل

Руки вдень в торока устремленного сердца! ОтрадаБыть добычею сердца. Ему покоряйся. Так надо.

چون ملک‌العرش جهان آفریدمملکت صورت و جان آفرید

Царь девятого неба к тебе нисходящий в тиши,Создал видимый мир, создал светлое царство души.

داد به ترتیب ادب ریزشیصورت و جان را به هم آمیزشی

Следом души людей были созданы миром нездешним,И души устремленье смешал он с обличием внешним.

زین دو هم‌آگوش دل آمد پدیدآن خلفی کاو به خلافت رسید

Эти двое обнявшихся создали сердце. ОноНа земле воцарилось. Так было ему суждено.

دل که بر او خطبه سلطانی استاکدشِ جسمانی و روحانی است

И дано ему царством великим владеть, повсеместным.И телесное все сочетается в нем с бестелесным.

نور ادیمت ز سهیل دلستصورت و جان هر دو طفیل دلست

Не Канопом ли сердца людской озаряется лик?Облик наш, как душа, повелением сердца возник.

چون سخن دل به دماغم رسیدروغن مغزم به چراغم رسید

Лишь я стал размышлять о пылающем сердце, мой разумПринял масло в свой пламенник. Многое понял он разом.

گوش در این حلقه زبان ساختمجان هدف هاتف جان ساختم

Дал я слуху веленье: «Прислушайся к сердцу! Спеши!»Сделал душу свою я открытой веленьям души.

چرب‌زبان گشتم از آن فربهیطبع ز شادی پر و از غم تهی

Красноречье свое напитал я возвышенным знаньем.В душу радость вошла, а томление стало преданьем.

ریختم از چشمه چشم آب سردکاتش دل آب مرا گرم کرد

И взирал я не холодно. Стал я по-новому зряч.Пламя сердца пылало, затем-то и был я горяч.

دست برآوردم از آن دست بندراهزنان عاجز و من زورمند

Узы сбросил я с рук. О земном я не думал нимало.Возросла моя мощь, а грабителей сердца не стало.

در تک آن راه دو منزل شدمتا به یکی تک به در دل شدم

Бег мой сделался быстрым, никто не поспорил бы с ним.К двери сердца спеша я пришел переходом одним.

من سوی دل رفته و جان سوی لبنیمه عمرم شده تا نیمشب

Я направился к сердцу, мой дух — по дороге к исходу.Полдень жизни прошел. Жаждал этого год я от году.

بر در مقصوره روحانیمگوی شده قامت چوگانیم

Я в священной максуре, и я размышляю. Мой станИзогнулся, стал шаром, а был он похож на човган.

گوی به دست آمده چوگان مندامن من گشته گریبان من

Где тут шар, где човган, где пределы согнутого стана?Вот кафтана пола, а прижался к ней ворот кафтана.

پای ز سر ساخته و سر ز پایگوی‌صفت گشته و چوگان نمای

Из чела сделав ноги, я голову сделал из ног.Стал я гнутым човганом, и шаром казаться я мог.

کار من از دست و من از خود شدهصد ز یکی دیده یکی صد شده

Сам себя позабыв, покидал я себя все охотней.Сотня стала одним, и одно мог увидеть я сотней.

همسفران جاهل و من نوسفرغربتم از بی‌کسی‌ام تلخ‌تر

Смутны чувства мои. Я один. Отправляюсь я в путь.Мне чужбина горька; одиночеством сдавлена грудь.

ره نه کز آن در بتوانم گذشتپای درون نی و سرِ باز گشت

Мне неясен мой путь, где-то нужная скрылась дорога.Возвращенья мне нет, и благого не вижу порога.

چونکه در آن نقب زبانم گرفتعشق نقیبانه عنانم گرفت

И в священном пути застывала от ужаса кровь,Но, как зоркий начальник, поводья схватила любовь.

حلقه زدم گفت بدین‌ وقت کیست؟گفتم اگر بار دهی آدمیست

Стукнул в дверь. Услыхал: «Кто пришел в этот час неурочный?» —«Человек. Отопри! Я любовью ведом непорочной».

پیشروان پرده برانداختندپرده ترکیب در انداختند

Те, что шли впереди, отстранили завесу. ОниОтстранили мой облик. Все внешнее было в тени.

لاجرم از خاص‌ترین سرایبانگ در آمد که نظامی درآی

И затем из большого, в богатом убранстве, чертогаРаздалось: «Низами, ты пришел! Что же ждешь у порога?»

خاص‌ترین محرم آن در شدمگفت درون آی درون‌تر شدم

Я был избран из многих. Мне дверь растворили, и вотГолос молвил: «Войди!» Миновал я разубранный вход.

بارگهی یافتم افروختهچشم بد از دیدن او دوخته

Был я в свете лампад, был я в блеске большого покоя.Глаз дурной да не тронет сиянье такого покоя!

هفت خلیفه به یکی خانه درهفت حکایت به یک افسانه در

Семь халифов блистали под ярким лампадным огнем,Словно семь повестей, заключенных в сказанье одном.

ملک ازان بیش که افلاک راستدولتیا خاک که آن خاک راست

Царство больше небес! Царство властного мощного шаха!Как богат дивный прах — подчиненный столь дивного праха!

در نفس آباد دم نیم‌سوزصدرنشین گشته شه نیمروز

Вот в селенье дыханья — вдыханье. На царственный тронЦарь полудня воссел: управлял всеми властными он.

سرخ سواری به ادب پیش اولعل قبایی ظفر اندیش او

Красный всадник пред ним ожидал приказанья, а следомПрибыл в светлой кабе некий воин, готовый к победам.

تلخ جوانی یزکی در شکارزیرتر از وی سیهی دُردخوار

Горевал некий отрок, разведчик, пред царственным стоя,Ниже черный стоял, пожиратель любого отстоя.

قصد کمین کرده کمند افکنیسیم زره ساخته رویین‌تنی

Был тут мастер засады, умело державший аркан,И, в броне серебра, чей-то бронзовый виделся стан.

این همه پروانه و دل شمع بودجمله پراکنده و دل جمع بود

Были мошками все. Быть свечой только сердцу дано.Все рассеяны были, но собранным было оно.

من به قناعت شده مهمان دلجان به نوا داده به سلطان دل

И свой отдал поклон я владыке прекрасному — сердцу.Душу отдал свою я султану всевластному — сердцу.

چون علم لشگر دل یافتمروی خود از عالمیان تافتم

Взял я знамя воителей жаркого сердца, и ликЯ от мира отвел: новый мир предо мною возник.

دل به زبان گفت که ای بی‌زبانمرغ طلب بگذر از این آشیان

И сказало мне сердце: «Ты сердце обязан прославить.Дух твой, птицам подобный, гнездо свое должен оставить.

آتش من محرم این دود نیستکان نمک این پاره نمک سود نیست

Я — огонь. Все иное считай только дымом и сном.Соль во мне лишь. Нету соли во всем остальном.

سایه‌م از این سرو تواناترستپایه‌م از این پایه به بالا ترست

Я сильней кипариса с его многомощною тенью.И над каждой ступенью вздымаюсь я новой ступенью.

گنجم و در کیسه قارون نیمبا تو نیم وز تو به بیرون نیم

Я — сверкающий клад, но Каруну не блещет мой свет.Вне тебя не дышу, и в тебе я не кроюсь, о нет!»

مرغ لبم با نفس گرم اوپر زبان ریخته از شرم او

Так сказало оно. И словес моих бедная птицаПозабыла о крыльях. Пришла ей пора устыдиться.

ساختم از شرم سرافکندگیگوش ادب حلقه‌کش بندگی

И в стыде, преклоненный, руками закрыл я лицо,И в учтивости в ухо я рабское принял кольцо.

خواجه‌ی دل عهدِ مرا تازه کردنام نظامی فلک آوازه کرد

Благ, кто сердцем владеет. И вот я опять, как бывало,Услыхал: «Низами!» Это небо меня прославляло.

چونکه ندیدم ز ریاضت گزیرگشتم از آن خواجه ریاضت پذیر

Быть подвижником стойким — удел моего бытия.И, склонясь перед властным, подвижником сделался я.

OriginalGanjoor (opens in a new tab)

TranslatorКонстантин Липскеров и Сергей Шервинский, 1968Internet Archive (opens in a new tab)

NoteПеревод К. Липскерова и С. Шервинского, по изданию: Низами Гянджеви. Пять поэм. М.: Художественная литература, 1968 (Библиотека всемирной литературы, т. 25). Издание сокращённое: на месте глав, которые в книге пересказаны прозой, стоит «[…]».

Suggest a translation

Use ← → keys to move, R for a random poem

Random poem

More by this author

Poems by other poets