Лейли и Меджнун, глава 25
Что такое маснави?
Маснави: длинная поэма, где каждый бейт рифмуется внутри себя; обычно эпос или повесть.
سازندهٔ ارغنون این سازاز پرده چنین برآرد آواز
کان مرغ به کام نارسیدهاز نوفلیان چو شد بریده
طیارهٔ تند را شتابانمیراند چو باد در بیابان
میخواند سرود بیوفاییبر نوفل و آن خلاف رایی
با هر دمنی از آن ولایتمیکرد ز بخت بد شکایت
میرفت سرشکریز و رنجورانداخته دید دامی از دور
در دام فتاده آهویی چندمحکم شده دست و پای در بند
صیاد بدین طمع که خیزدخون از تن آهوان بریزد
مجنون به شفاعت اسب را راندصیاد سوار دید و درماند
گفتا که به رسم دامیاریمهمان توام بدانچه داری
دام از سر آهوان جدا کناین یک دو رمیده را رها کن
بیجان چه کنی رمیدهای را؟جانی است هر آفریدهای را
چشمی و سرینی اینچنین خوببر هر دو نبشته غیر مغضوب
دل چون دهدت که برستیزی؟خون دو سه بیگنه بریزی؟
آن کس که نه آدمی است گرگ استآهوکُشی آهویی بزرگ است
چشمش نه به چشم یار ماند؟رویش نه به نوبهار ماند؟
بگذار به حقِ چشم یارشبنواز به باد نوبهارش
گردن مزنش، که بیوفا نیستدر گردن او رسن روا نیست
آن گردنِ طوقبند آزادافسوس بود به تیغ پولاد
وان چشم سیاهِ سرمهسودهدر خاک خطا بود غنوده
وان سینه که رشک سیمِ ناب استنه در خور آتش و کباب است
وان ساده سرین نازپرورددانی که به زخم نیست درخوَرد
وان نافه که مشک ناب داردخون ریختنش چه آب دارد؟
وان پای لطیف خیزَرانیدرخورد شکنجه نیست دانی
وان پشت که بار کس نسنجدبر پشت زمین زنی، برنجد
صیاد بدان نشید کاو خواندانگشت گرفته در دهن ماند
گفتا سخن تو کردمی گوشگر فقر نبودمی همآغوش
نخجیر دو ماهه قیدم این استیک خانه عیال و صیدم این است
صیاد بدین نیازمندیآزادی صید چون پسندی؟
گر بر سر صید سایه داریجان بازخرش که مایه داری
مجنون به جواب آن تهیدستاز مرکب خود سبک فرو جست
آهوتک خویش را بدو دادتا گردن آهوان شد آزاد
او ماند و یکی دو آهوی خردصیاد برفت و بارگی برد
میداد ز دوستی نه زافسوسبر چشم سیاه آهوان بوس
کاین چشم اگرنه چشم یار استزان چشم سیاه یادگار است
بسیار بر آهوان دعا کردوانگاه ز دامشان رها کرد
رفت از پس آهوان شتابانفریادکنان در آن بیابان
بی کینهوری سلاح بستهچون گل به سلاح خویش خسته
در مرحلههای ریگ جوشانگشته ز تَبِش چو دیگ جوشان
از دل به هوا بخار دادهخارا و قصب به خار داده
شب چون قصب سیاه پوشیدخورشید قصب ز ماه پوشید
آن شیفتهٔ مه حصاریچون تار قصب شد از نزاری
زانسان که به هیچ جستجوییفرقش نکند کسی ز مویی
شب چون سر زلف یار تاریکره چون تن دوستار باریک
شد نوحهکنان درون غاریچون مار گزیده سوسماری
از بحر دو دیده گوهر افشاندبنشست ز پای و موج بنشاند
پیچید چنانکه بر زمین ماریا بر سر آتش افکنی خار
تا روز نخفت از آه کردنوز نامه چو شب سیاه کردن
چون صبح به فال نیکروزیبرزد علم جهان فروزی
ابروی حبش به چین درآمدکهآیینهٔ چین ز چین برآمد
آن آینهٔ خیال در چنگچون آینه بود، لیک در زنگ
برخاست چنانکه دود از آتشچون دود عبیر بوی او خوش
ره پیش گرفت بیتخوانانبرداشته بانگ مهربانان
ناگاه رسید در مقامیانداخته دید باز دامی
در دام گوزنی اوفتادهگردن ز رسن به تیغ داده
صیاد برآن گوزن گلرنگآورده چو شیر شرزه آهنگ
تا بی گهنیش خون بریزدخونی که چنین از او چه خیزد
مجنون چو رسید پیش صیادبگشاد زبان چو نیش فصاد
کای چون سگ ظالمان زبونگیردام از سر عاجزان برون گیر!
بگذار که این اسیرِ بندیروزی دو کند نشاطمندی
زین جفتهٔ خون کرانه گیردبا جفت خود آشیانه گیرد
آن جفت که امشبش نجویداز گم شدنش ترا چه گوید؟
کای آنکه ترا ز من جدا کردمأخوذ مباد جز بدین درد
صیادِ تو روز خوش مبینادیعنی که به روز من نشیناد
گر ترسی از آه دردمندانبرکن ز چنین شکار دندان
رای تو چه کردی ار به تقدیرنخجیرگر او شدی تو نخجیر
شکرانهٔ این چه میپذیریکاو صید شد و تو صیدگیری
صیاد بدین سخنگزاریشد دور ز خون آن شکاری
گفتا نکنم هلاک جانشاما ندهم به رایگانش
وجه خورش من این شکار استگر بازخریش وقت کار است
مجنون همه ساز و آلت خویشبرکند و سبک نهاد در پیش
صیاد سلیح و ساز برداشتصیدی سره دید و صید بگذاشت
مجنون سوی آن شکار دلبندآمد چو پدر به سوی فرزند
مالید بر او چو دوستان دستهرجا که شکسته دید میبست
سر تا پایش به کف بخاریدزو گرد و ز دیده اشک بارید
گفت ای ز رفیقِ خویشتن دورتو نیز چو من ز دوست مهجور
ای پیشرو سپاه صحراخرگاهنشینِ کوهِ خضرا
بویِ تو ز دوست یادگارمچشم تو نظیر چشم یارم
در سایهٔ جفت باد جایتوز دام گشاده باد پایت
دندان تو از دهانهٔ زرهم در صدفِ لب تو بهتر
چرم تو که سازمند زِه شدهم بر زه جامهٔ تو به شد
اشک تو اگر چه هست تریاکناریخته بِه چو زهر بر خاک
ای سینهگشایِ گردنافرازدر سوختهسینهای بپرداز!
دانم که در این حصارِ سربستزان ماه حصاریت خبر هست
وقتی که چرا کنی در آن بومحال دل من کنیش معلوم
کای مانده به کام دشمنانمچونان که بخواهی آنچنانم
تو دور و من از تو نیز هم دوررنجور من و تو نیز رنجور
پیری نه که در میانه افتدتیری نه که بر نشانه افتد
بادی که ندارد از تو بویینامش نبرم به هیچ رویی
یادی که ز تو اثر نداردبر خاطر من گذر ندارد
زینگونه یکی نه بلکه صد بیشمیگفت بهحسبِ حالت خویش
از پای گوزن بند بگشادچشمش بوسید و کردش آزاد
چون رفت گوزن دام دیدهزان بقعه روان شد آرمیده
سیارهٔ شب چو بر سر چاهیوسف رویی خرید چون ماه
از انجمن رصد فروشانشد مصر فلک چو نیل جوشان
آن میل کشیده میل بر میلمیرفت چو نیل جامه در نیل
چندان که زبان به در کند ماریا مرغ زند به آب منقار
ناسوده چو مار بر دریدهنغنوده چو مرغ پر بریده
مغزش ز حرارت دماغشسوزنده چو روغن چراغش
گر خود به مثَل چو شمع مردیپهلو به سوی زمین نبردی
Меджнун коня быстрее ветра гонит.Его тоска гнетет и долу клонит.
О вероломстве песню он поет,Поет, и плачет, и летит вперед.
Вот перед ним капкан, и в том капкане,Испуганные насмерть, бьются лани.
Запутались копытца, топоча.А зверолов готов уж сгоряча
Взмахнуть ножом над пойманною дичью.«Постой! Велит охотничий обычай, —
Сказал Меджнун, — чтоб ты по старине,Как гостю, этих ланей отдал мне.
Открой капкан, избавь зверей от болиИ отпусти, трепещущих, на волю.
Зачем лишать их жизни, так спеша?У твари есть дыханье и душа.
В ее глазах написано прекрасных:«Не тронь меня, не гневайся напрасно!»
Как смеешь ты железом их колоть,Невинную изранить эту плоть?
Будь в волчьей шкуре, а не в человечьей,Тогда невинным наноси увечья!
Ведь их глаза — глаза любви твоей,Их мордочки — весенний мир полей.
Ты ради глаз простишь ее, товарищ,И в честь весны ей счастие подаришь.
В ее слезах коварства нет и лжи.Дай ей дышать и путы развяжи.
Ужель уснуть под холмиком зеленымГлазам, самой природой насурьмленным?
Ужели этот юный тонкий станЛишь на закланье жертвенное дан?
Иль этой серебром блеснувшей грудиНа вертеле дымиться иль на блюде?
Иль эти ножки, кожу снявши с них,Сломаешь ты, как молодой тростник?
Иль спину ту, не знающую вьюка,Предсмертная вдруг передернет мука?»
Был изумлен, испуган зверолов.Он сунул пальцы в рот от этих слов
И отвечал: «Совет совсем не вреден,Но ты, дружок, не знаешь, как я беден!
И как судьба несчастлива моя!Ведь у меня детишки и семья.
Ты упрекнешь, свирепым называя,Что по нужде я дичь не прозеваю.
Но если так жалеешь ты зверей,Возьми живьем, но выкупи скорей».
Когда Меджнун нужду его постигнул,Со скакуна легко тотчас же спрыгнул
И отдал зверолову скакуна —За ланей справедливая цена.
Был счастлив зверолов, коня увел он.Не жалостью Меджнун — любовью полон,
Целуя ланей черные глаза,Как будто то Лейли, а не коза.
Он целовал их в память о любимой,Молясь о жизни их неистребимой.
В капкане ланей он не задержал,В пустыню вслед за ними побежал.
Он побежал, смиренный и вопящий,По выжженным пескам и сам кипящий
От зноя, как котел на тагане, —Весь в жалости, весь в гибельном огне.
Он разрывал о тернии одежды.Уже была в вечерние одежды
Облачена нагая плоть земли.Как волос, еле видный издали,
Он вполз в пещеру, сумраком повитый,Как ящер от гадюки ядовитой.
Он наземь лег и слезы лил земле,Как самоцветы, рдевшие во мгле.
И как колючка, брошенная в пламень,Иль, как змея, взвивался он на камень,
Не спал всю ночь и слезы лил всю ночь,Чтобы к рассвету духом изнемочь.
Когда счастливым предзнаменованьемДень подымал свой стяг над мирозданьем,
Когда исчезла синь ночная вся,Вскочил мечтатель на ноги, взвился,
Как легкий дым от амбры благовонной.Пустился в новый путь Меджнун влюбленный,
Слагая, как бывало, нежный стих,И вот уже расселины достиг
И увидал на склоне в отдаленьеВ тугих силках могучего оленя.
Над ним, дрожавшим с головы до ног,Уже занес охотник свой клинок.
Меджнун окликнул громко зверолова,И подбежал к нему, и молвил слово:
«Постой, мучитель слабых! Стой, тиранБезжалостный! Стой, наноситель ран!
Прекрасного оленя ты не трогай!Безропотно он шел своей дорогой.
Пускай хоть день ликуя проживетИ трубным криком милую зовет,
И к логову подруги устремится,Ведь, может быть, она уже томится,
Что ночь близка, а рядом нет самца!И не опустишь ты пред ней лица?
О милая! Нас так же разлучают,Такой же болью сердце отягчают.
О, горе злым разлучникам четы!Поберегись, охотник жадный, ты,
Чтобы не стало предопределеньем:Ему — ловцом быть, а тебе — оленем.
Но как заплатишь ты за торжество,Что он — твой пленник, а не ты — его?»
Охотник был взволнован этой речьюИ отвечал: «Я не противоречу.
Губить невинной твари не хочу,Но плату за оленя получу:
Тебе понравилась моя добыча —Купи ее, чудак, — таков обычай!»
Меджнун сорвал одежду и кинжал.И торга зверолов не задержал:
Увидел он, что в барыше остался,И со своей добычею расстался.
И, как отец к ребенку, подошелМеджнун к оленю гордому, провел
Ладонью вдоль хребта его в тревоге,Перевязал израненные ноги,
Погладил нежно, счистил пыль и грязьС боков оленя и, в глаза смотрясь,
Сказал: «Ты тоже разлучен с подругой,Вожак рогатых стад, бегун упругий,
Красавец горных пастбищ, милый брат!Как влажные глаза твои горят,
Как ясно выраженье их живое!Так радуйся, вас скоро будет двое.
Пускай не в золотой оправе зуб,А в раковине этих мягких губ.
А коже быть не тетивой со свистом, —Твоей одеждой с ворсом шелковистым.
В глазах твоих целебней есть бальзам,Но лучше не пролиться тем слезам.
Живи, широкогрудый, с мощной шеей,Ветвись рогами, статью хорошея,
Спеши, бегун, в недальнюю страну,Где ждет Лейли. Оповести луну,
Что я все тот же, как она хотела.Меж нами — расстоянье без предела,
И средств общенья между нами нет,Ничто не донесет ей мой привет,
Стрела и долететь туда не смеет.А ветер, что ее дыханьем веет,—
О нем я не хочу и вспоминать.Как след найти, как ветер тот догнать?
Для разума темна его дорога».Так говорил он, повторяясь много,
Распутал узы хитрого силка,Поцеловал оленя и, пока
Тот убегал, смотрел вослед оленю.А зной дошел до белого каленья.
Безумец обессилел, стих шепча,Потом стоял и таял, как свеча.
Kitabxana.az · https://kitabxana.az/ru/works/nizami-leyli-ve-mecnun-25
Клавиши ← → для перехода, R — случайное стихотворение
Другие произведения автора
بیا ساقی آن آب آتش خیالدرافکن بدان کهرباگون سفال
Шараф-наме, глава 59بیا ساقی آن جام رخشنده میبه کف گیر بر نغمهٔ نای و نی
Шараф-наме, глава 60Черный прах обыщи, кравчий мой огневой,И открой в этой тьме ты источник живой!
Шараф-наме, глава 61Виночерпий, отрадного дай мне вина!В чаше юность минувшая людям видна.
Стихи других поэтов
Əyyami-nəhsdə qəmər əqrəbdəBir neçə kəslərə siyasət oldu,
Həmişə cavanlaraŞairlər cavan qalmağınsirrini bilir.
Hərb və fəlakətUçar, uçar, yenə ruhum diyari-hüznə qoşar;Uzaq, uzaq, çox uzaq bir mühit içində yaşar.
Nə vəhşi könlüm ol ahunigəhdən qeyrə ram olmazNə vəhşi könlüm ol ahunigəhdən qeyrə ram olmaz,Nə anın hicrinin nöqsan olan ayı tamam olmaz.